Русская версияУкраинская версияМолдавская версияГреческая версияАнглийская версия

Ответы Святейшего Патриарха Кирилла на вопросы участников IX фестиваля «Вера и слово»

Ответы Святейшего Патриарха Кирилла на вопросы участников IX фестиваля «Вера и слово»
Версия для печати
21 октября 2021 г. 21:40

21 октября 2021 года состоялась онлайн-беседа Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла с делегатами IX Международного фестиваля «Вера и слово» «Церковь в меняющемся мире: вызовы и уроки цифровизации». В ходе беседы Предстоятель Русской Церкви ответил на вопросы участников форума.

— Диакон Михаил Степанков, руководитель Отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Екатеринодарской и Кубанской епархии. На открытии конференции «Мировое Православие: первенство и соборность в свете православного вероучения» Вы сказали, что Константинопольский Патриархат фактически идет по модели воспроизведения раскола 1054 года. Если это действительно так, если это действительно их цель, то к чему мы придем? Что нас ожидает?

— Это не может быть целью для Константинопольского Патриархата. Он, конечно, не стремится к расколу, разрушить единство Православия не входит в его цели. Но стремление утвердить свое первенство не как первого среди равных, а как первого без равных — то, что уже сейчас декларируется Константинополем, — конечно, несет в себе совершенно определенно страшный заряд, бациллу разрушения церковного единства. Именно в этом смысле я постоянно напоминаю о том, что произошло в 1054 году. Римский епископ стремился распространить свою прямую юрисдикцию на всю Вселенскую Церковь. Но, подождите, а что сейчас происходит? Сегодня Константинопольский Патриарх, по-новому трактуя свое первенство, заявляет, что это первенство без равных, что это Богом определенное его место, которое предполагает реализацию властных полномочий в отношении всех других Поместных Православных Церквей. Так это та же самая позиция, которая привела к разделению в 1054 году! А тогда возникает вопрос: когда же эта доктрина возникла в Константинополе? Мы не помним этой доктрины еще 30 лет тому назад. И если бы это был просто теоретический дискурс — можно было бы поспорить на конференциях. Но ведь это не только теоретический дискурс — это практические действия Константинополя, связанные в первую очередь с Украиной. Константинополь вторгся в каноническое пространство другой Православной Церкви, более того, возникшее на этой территории самочинное раскольническое объединение он как бы авторизовал своей властью и подчинил себе.

Неужели Константинополь, предпринимая эти искусительные и действительно необъяснимые с точки зрения исторической реальности действия, не понимал, что они приведет к разделению? Но признать законным то, что совершил Константинополь, значит признать восточного Папу. Если мы остаемся православными, мы признаем, что Церковь Православная управляется соборно, что в Церкви Православной есть первый среди равных и что у этого первого очень ограниченная функция, не связанная никак с управлением Поместными Православными Церквями, а чисто представительская — он первый во время богослужений. Мы даже согласились на то, чтобы предстоятель на общих православных совещаниях не избирался, а таковым был Константинопольский Патриарх, — хотя первоначально мы настаивали на том, что надо избирать. Мы всегда шли по пути созидания благоприятной атмосферы для общеправославного диалога, потому и сняли свои требования, чтобы председатель избирался, согласились — ну давайте, пускай будет Константинополь. Но это не значит, что мы согласились с тем, что у Константинопольского Патриарха есть особые, отличные от других Патриархов властные полномочия, тем более касающиеся всего мирового Православия.

— Черепанов Александр Владимирович, специалист информационного отдела Новороссийской епархии. Ваше Святейшество! Председатель Правительства России Михаил Мишустин назвал «большие данные» новой нефтью и золотом XXI века. Он уверен то, что благодаря анализу этих массивов информации удастся вывести на более качественный уровень систему управления всеми рабочими процессами внутри государственных структур. Считаете ли Вы допустимым в ближайшем будущем использование этих массивов информации, «больших данных», для оптимизации работы каких-либо церковных структур? Благодарю.

— То, о чем сказал наш премьер, — это создание некоего инструментария, а инструменты могут использоваться, в том числе, и в церковной действительности. Но всякий раз, решая вопрос о том, следует ли нам идти в фарватере светской логики, мы должны подумать, насколько это соотносится с Преданием Церкви, насколько это соотносится с нашим миропониманием и с нашими пастырскими целями в отношении тех людей, которые составляют Русскую Православную Церковь. Поэтому ничего бездумно мы делать не будем. Если принимать какие-то решения, то на основании соборного осмысления, и в том числе такое собрание, участником которого Вы сейчас являетесь, может быть частью этого процесса.

— Большое спасибо!

— Ваше Святейшество, благословите. Эдуард Худяков, агентство «UP Монитор». Я из Екатеринбурга, и всем известен раскол, который мы пережили в прошлом году. Много чести, конечно, говорить об этом раскольнике, но он увел за собой малое стадо к пропасти. Какое-то количество людей соблазнил — людей, которые ему поверили и не смогли отличить подделку от истины. В связи с этим, как Вы считаете, не назрел ли пересмотр системы катехизации, особенно с учетом развития Интернета, социальных медиа, социальных сетей?

— Если говорить о пересмотре, то надо говорить о чем-то конкретном. Я не знаю, что мы сейчас должны пересмотреть в результате этой безумной деятельности господина на Урале. Не хочу сейчас квалифицировать, но, думаю, есть что-то не совсем нормальное в его поведении. Такого рода люди время от времени появляются — одержимые манией величия, с повышенными требованиями к окружающим в отношении собственной персоны, со стремлением непременно лидерствовать, причем это стремление иногда сопровождается требованиями тоталитарного характера. На мой взгляд, это духовное заболевание, поскольку речь идет о священнослужителе. Не знаю, может быть, медики скажут еще что-то, но не думаю, что мы должны сейчас об этом много говорить.

Самое главное, что у нашей Церкви есть прививка от всех таких курьезов, от всех этих искривлений церковной жизни. Мы ведь действительно прошли тяжелейшую историю. Мы справились с расколами, с разделениями, мы стали едиными и консолидированными. И потому, конечно, поддаваться на искушения такого местечкового разлива уж совсем стыдно. Благодарю всех тех, кто дал твердый отпор этому господину и радуюсь, что конкретного урона Церкви его деятельность практически почти не принесла. Может быть, есть урон на уровне личной жизни некоторых людей, которые поддались его пропаганде, его некоему обаянию и попали в сети этого искушения.

— Ваше Святейшество, благословите. Я протоиерей Андрей Туров, представляющий Томскую епархию, руководитель Отдела по взаимоотношениям Церкви и общества, преподаватель Томской духовной семинарии, и мой вопрос затрагивает как всестороннее свидетельство Церкви, каждого из нас, для внешних, для всего мира, так и внутреннее устройство жизни православного христианина. Дело в том, что в современной жизни наблюдаются кризисные явления в семьях, и этим кризисным явлениям подвержены не только люди нецерковные, но также семьи православных христиан и даже семьи священнослужителей. Нападкам подвергаются наши современники, стоящие перед выбором между подлинными ценностями и альтернативами, которые предлагает сегодня либеральная повестка, секулярный мир. Каких первостепенных, важнейших принципов стоит придерживаться тем, кто желает созидать христианскую семью, в том числе семьям священнослужителей?

— Мне сложно их перечислить, потому что это принципы христианской жизни, но в первую очередь речь идет о христианском отношении к браку. И будут двое плоть едина; то, что Бог соединил, человек да не разлучает (см. Мф. 19:5-6). Поэтому самая главная установка православных людей, вступающих в брачные отношения, заключается в том, что даже мысли о разводе быть не должно. А когда начинаются искушения (а искушения начинаются у всех, в большей или меньшей степени, в том или в ином возрасте), когда ослабляются чувства любви, привязанности, когда возникают греховные мысли (так случается, и мы не можем изменить греховную человеческую природу), когда возникают вызовы семейному благополучию, единству семьи, — им нужно давать моментальный отпор. В первую очередь на уровне своего сознания, на уровне своих чувств и ни в коем случае не поддаваться ни на какие искушения, потому что хранение брака — это Божественная заповедь: кого Бог сочетал, того человек да не разлучает. А если в этом разлучении участвует священнослужитель, — это просто горе.

Знаю, что вступить в брак для семинариста, для человека, готовящего себя к священническому служению, очень непросто. Знаю это еще как ректор духовной семинарии и академии, которому приходилось и исповедовать ребят, и беседовать, и помогать в выборе жизненного пути. Всегда есть большие трудности. Допустим, выбор между вспыхнувшими чувствами (а в молодости это яркие чувства) и некой подсознательной мыслью: а тот ли это человек, который может разделить со мной предстоящий путь? Вот здесь, конечно, было бы очень полезно и важно, чтобы наши священники, духовники неформально относились к подобного рода случаям, Чтобы они находили правильные слова, убедительные для современных людей, чтобы не ограничивались формулами, почерпнутыми из курсов нравственного богословия, а простым человеческим языком объясняли, что такое брак, что происходит с человеком, когда брак распадается, может ли быть счастье человека там, где он идет против Божией заповеди «что Бог соединил, человек да не разлучает».

Конечно, то, что я сейчас говорю, не покрывает всех случаев, например, если муж — алкоголик, или жена вступила на путь нарушения брачных обетов, или, наоборот, муж загулял. Много всего может быть такого, что даже с канонической точки зрения является основанием для развода. Но если говорить языком церковной правды, основанной на опыте Церкви, то нужно еще и еще раз сказать, что разрушение брака является огромной ошибкой и, конечно, большим грехом. И потому работа священнослужителей с молодежью, с теми, кто вступает в брак, кто обращается на исповеди за соответствующими советами, ни в коем случае не должна сопровождаться передачей словесных штампов. Всегда нужно стараться войти в понимание той драмы, которую переживает человек, обратившийся за советом. Надо постараться в каком-то смысле поставить самого себя в его ситуацию и спросить: «А как бы я поступил?» Наши советы должны быть очень человечными, искренними, я бы сказал, сердечными, так чтобы в них выражалась наша солидарность с людьми и они бы видели, что мы разделяем их скорбь; но одновременно эти советы должны нести в себе Божию правду.

Мне приходилось давать такие советы. Иногда они не соответствовали настроениям тех, кто за ними обращался, например, когда я говорил, что не могу благословить на развод: «Да, у вас что-то произошло, но то, что Бог соединил, человек да не разлучает. Как же вы просите меня вас развести?» Люди верующие, сочетались браком, а теперь надо, чтобы их развели? В то время я еще не был патриархом, я был архиереем. Меня просили: «Вы нас разведите», но я никогда не разводил. Иногда мои разговоры имели добрые последствия — люди восстанавливали свои отношения, а некоторые до сих пор, насколько я могу отслеживать, живут в браке и, полагаю, счастливы.

Другими словами, мы должны стоять на страже заповедей, Божиих законов, но при этом мы никогда не должны и не имеем права отвечать на обращенные к нам вопрошания формально. Нужно всегда пытаться войти в ситуацию и по-человечески, с большой сердечностью, с соучастием давать совет. Для этого священнику всегда необходимо сознавать и свою собственную ограниченность, свою греховность и никогда не поставлять себя выше тех людей, которые пришли со своей просьбой. Наши слова убедительны лишь тогда, когда мы говорим с людьми их языком и реально понимаем, что с ними произошло. Упаси, Боже, отвечать штампами — они нежизненны, они не приводят к положительным результатам. В этом-то и заключается подвиг пастыря: он должен вникнуть в ситуацию, он должен отождествить себя с пришедшими к нему людьми, поставить себя на их место, понять, что происходит, и потом из глубины этого, хотя бы мысленного опыта передать правильные слова, основываясь, конечно, на каноническом праве и на наших вероучительных позициях.

— Сердечно благодарю Вас, Ваше Святейшество. Испрашиваю Ваших Первосвятительских молитв о сибирской пастве нашей Церкви. Ис полла эти, деспота!

— Помогай Бог всей сибирской пастве. Очень люблю и всегда любил посещать отдаленные районы нашей страны, нашей Церкви. Могу с удовлетворением сказать, что я, уделяя особое внимание Сибири, Дальнему Востоку и Крайнему Северу, побывал практически во всех городах и крупных населенных пунктах на побережье Ледовитого океана, Берингова пролива и далее до Владивостока. И это не просто желание путешествовать. Посещение самых отдаленных районов, в которых вообще редко бывают большие начальники, давало мне огромную пищу для размышлений, а самое главное, помогало увидеть реальную жизнь нашей Церкви. Кстати, такие путешествия привели меня к мысли о необходимости создать большее количество епархий. Потому что когда я спрашивал: «А у вас владыка бывал?», люди даже не всегда понимали, о чем речь. А теперь, когда мы создали почти в два раза больше епархий, у епархиальных архиереев появилась возможность посещать отдаленные места, встречаться с людьми. Я очень надеюсь, что владыки сейчас слышат то, что я говорю. Я готов всячески поощрять такого рода действия и, наоборот, воздействовать, в том числе церковно-канонически, на тех архипастырей, которые уклоняются от посещения отдаленных городов и сел. Епископ должен быть со своим народом. Архиерей должен быть со своим народом, и это не просто красивые слова. А для того чтобы быть со своим народом, к народу надо приехать. Надеюсь, что сегодня все владыки мне слышат.

— Благодарю Вас.

— Ваше Святейшество, благословите! Священник Павел Островский, Одинцовская епархия. Я занимаюсь миссионерством в социальных сетях, на меня подписано более полумиллиона человек. Большая часть аудитории — это люди, далекие от Церкви; около 100 тысяч человек — это старшеклассники, студенты. Они выросли в совершенно нецерковной среде и не знакомы с нашими традициями. Многие даже внешне выглядят непривычно для нас — татуировки, пирсинг, одежда и так далее. Слава Богу, многие из них начинают интересоваться Христом, Евангелием, у них появляется искреннее желание прийти в храм исповедоваться, причаститься. Мы всегда отправляем их в местный храм, и вдруг оказывается, что в некоторых храмах их не то чтобы не ждут, но они встречаются с такой, как мне кажется, необоснованной строгостью, когда от них требуют и мгновенной перемены внешнего вида, и того чтобы они мгновенно научились молиться так, как мы научены, поститься и так далее. Как Вы считаете, должно ли оказываться снисхождение, и не только к молодежи, но и к тем, кто совсем не знаком с нашими традициями, хоть они и родились в России?

— Ответ односложный: конечно, да! Конечно, должно быть снисхождение, ведь и в Писании сказано, что новоначальным не нужно давать твердую пищу (см. Евр. 5:12). А если вы на новоначального христианина будете сразу возлагать устав афонского монастыря, то ничего же не получится. Даже городской житель не может жить по уставу монастыря, а значит, мы признаем альтернативность: для монахов — одно, для белого духовенства и мирян — другое. А вот в приходской практике, как Вы правильно заметили, мы не всегда, к сожалению, чувствительны к особенностям тех людей, которые только переступили порог храма. К ним нужно очень бережно относиться. В первую очередь не надо никого сразу перевоспитывать, не надо говорить: «Как ты так жил? да что же ты творил?» и так далее. Нужно, чтобы вы, во-первых, стали для этого человека авторитетом, а не раздражителем. Тот факт, что он пришел в церковь, — это уже полдела. А дальше нужно относиться к нему с любовью, но и с осмотрительностью. Любовь не должна быть прекраснодушием, потому что всякое может быть в жизни этого человека, в том числе такое, что потребует проявления пастырской принципиальности и строгости. Но все это надо увязывать с главной целью — не оттолкнуть человека, а закрепить его в церкви. Он должен почувствовать, что он пришел туда, где ему помогают. Почему люди очень почитают тех, кто оказывает им материальную поддержку? Например, когда благотворитель помогает приходу, к нему всегда доброе отношение, и это естественно — в ответ на добро люди отвечают добром. Так и должно быть в Церкви — в первую очередь мы должны нести добро, любовь. Но при этом, еще раз хочу сказать, проявлять также пастырскую осмотрительность, с тем чтобы не быть соучастниками развития совершенно неправильного мировоззрения у того или иного человека.

Этому не научишь, отец Павел. Это приходит, во-первых, от личного опыта священника и, конечно, от образования. Но под образованием я понимаю не только формальное образование по школьной программе, но то образование, которое мы получаем в течение жизни. А самое главное, это происходит от присутствия должного пастырского отношения к человеку. Поэтому священник в первую очередь должен сознавать, что он пастырь. Пастырь добрый душу свою полагает за овцы (см. Ин. 10:11). Вот если пастырь недобрый, то он разгонит овец, что и происходит. Если приходит какой-нибудь пьяный пастух, то стадо разбегается. Поэтому необходима любовь с нашей стороны. Ну, а если не хватает сил для любви — не всегда же любовь возникает к людям, это слово нельзя впустую употреблять, — то, по крайней мере, внимание и пастырская ответственность за человека. Вот я бы так прокомментировал. Помогай Вам Бог в Ваших трудах.

— Спасибо большое.

— Ваше Святейшество, благословите! Дзерасса Биазарти, пресс-секретарь Владикавказской и Аланской епархии. Вопрос будет, конечно, посвящен Кавказу. В 2022 году мы будем отмечать 1100-летие Крещения Алании на государственном уровне. Скажите, как празднование этого юбилея должно отразиться на духовно-просветительской деятельности Церкви в регионе? Хотелось бы узнать, на Ваш взгляд, есть ли какие-то духовные ключи от Кавказа? И служение в нашем регионе — отличается ли оно от служения в других регионах России, скажем, в центральной полосе? Спасибо.

— Конечно, есть особенности — это и менталитет кавказских людей, темперамент, их либо горячая вера и любовь к Церкви, либо такое же горячее неприятие. Вы не холодны и не прохладны — вы горячи. И этот темперамент Кавказа играет как положительную роль, очень часто, так и в каких-то случаях может играть роль отрицательную, если человек увлечен ложной идеей или преследует какие-то опасные цели. Ведь и экстремизм, к сожалению, тоже присутствует в кавказской реальности.

Нужно сказать, что Кавказу нужно уделять особое внимание. Пастырская работа священников нашей Церкви на Кавказе, в тех епархиях, которые окормляют, в том числе, кавказские народы, должна обязательно учитывать их историю, менталитет, психологию. Для этого пастыри должны быть достаточно просвещенными, причем не только богословски. Пастыри, особенно приезжие, должны знакомиться с жизнью людей, их историей и обычаями. Потому что неправильные слова, неправильные действия, даже сказанные или сделанные неумышленно, случайно, из-за незнания ситуации, могут приводить, с учетом опять-таки кавказского темперамента, к очень неприятным последствиям.

Кавказ — это очень особенный регион России, где живут замечательные люди, активные, способные на подвиг. Дай Бог, чтобы и в вере православной жители Кавказа проявляли все эти качества самым лучшим образом. И дай Бог, чтобы пастыри, работающие на Кавказе, в полной мере принимали во внимание и учитывали огромный духовный, эмоциональный потенциал, который существует на Кавказе. Прежде всего ради духовного преуспеяния самих кавказских народов, но и во благо всей нашей страны и Церкви.

— Благословите, Ваше Святейшество! Протоиерей Дионисий Фокин, руководитель Отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Ахтубинской епархии. У меня такой вопрос. В Ахтубинске в сентябре текущего года сменился архиерей. Подскажите, пожалуйста, как в рамках деятельности информационного отдела епархии рассказать о необходимости кадровых перестановок в Церкви и как подготовить информационное поле к встрече нового архипастыря? Спасибо.

— Отец Дионисий, не совсем понял, о чем речь. Вы хотите повлиять априори на кадровую политику нового архиерея? Звучит так…

— Верующие восприняли с неким переживанием приезд нового архиерея. Это, наверное, естественно, но как правильно объяснить им необходимость таких действий?

— То есть озабоченность вызывает смена архиерея? Вы знаете, это, к сожалению, не первый и не последний случай. Нередко люди переживают, когда их архипастыря переводят на иное место послушания, с осторожностью относятся к его преемнику. Психологически все это понятно. Я сам был в роли такого архипастыря, когда меня перевели в Смоленск. До меня там был владыка, которого люди любили, почитали, поэтому мои первые шаги воспринимались с настороженностью, с некоей отчужденностью, а некоторые относились ко мне даже враждебно. Никогда не забуду: ко мне приехала группа студентов из Ленинградской духовной академии. Ведь до того я был ректором, и студенты приехали, чтобы поддержать меня, помолиться вместе со мной. И вот идут они по храму, а какие-то бабушки собрались и говорят: «Кирилловцы идут! Кирилловцы идут!» То есть, студенты воспринимались как враги, и совсем не потому, что верующие в Смоленске были плохие, — потом все они стали для меня очень близкими. Но смена архипастыря вызвала у них глубокое эмоциональное переживание.

Об этом нужно все время помнить. Думаю, владыка, который сейчас направлен к вам в Ахтубинск, человек способный, одаренный, сумеет правильно построить отношения с паствой. А Вас и в Вашем лице всех верующих я бы попросил, чтобы его приняли с открытым сердцем и без всяких подозрений. Полагаю, он будет достойно совершать свое служение, по крайней мере, на предыдущих местах он себя проявил с положительной стороны.

— Ваше Святейшество, благословите! Священник Вячеслав Клюев, Глазовская епархия. Не первый год участвую в деятельности общественных отцовских объединений — от общероссийского до местного уровня. Наша епархия имеет положительный опыт совместного с отцовскими объединениями участия в конкурсе «Православная инициатива», получения грантов, разработки и реализации общественно-педагогических проектов. 4 октября Президент России подписал указ об общероссийском ежегодном праздновании Дня отца. Очевидно, что социально активные и вовлеченные отцы, отцовство в целом является одним из столпов Церкви и государства и общества, гарантией сохранения преемственности поколений. Но сегодня в наших храмах, в целом по стране, мужчин мало. Как нам сделать так, чтобы отцовство стало важным фактором развития церковно-приходских общин, защиты семейных ценностей? Может быть, имеет смысл поставить перед Патриаршей комиссией по делам семьи задачу организации взаимодействия с отцовскими сообществами на общецерковном уровне, а не только на уровне отдельных приходов и епархий? В принципе, мы бы могли помочь в решении такой задачи, если бы Вы ее поставили и благословили.

— Конечно, благословляю, и нужно делать все для того, чтобы развивать то, о чем Вы говорите. Но если хотите знать мое мнение, женщин в храмах всегда будет больше. Это касается не только православных храмов — это касается религиозной жизни людей вообще. Потому что женская психология, ответственность за себя, за своего ребенка, за семью, делает женщину более чувствительной, более открытой к религиозному измерению жизни. Она больше нуждается в молитве, она не такая сильная, как мужчина. Мужчина опирается на свои силы, а женщина, часто осознавая свою слабость, нуждается в помощи свыше и чувствует необходимость молитвы. Может быть, существуют еще какие-то причины, почему религиозность среди женщин более развита, чем среди мужчин, но это факт. Еще раз хочу сказать: факт глобального масштаба. Хорошо это или плохо? Я считаю, что это хорошо, потому что женщина — хранительница домашнего очага. Конечно, мужчину мы называем главой семьи, но благополучие семьи в значительной мере зависит от матери, от жены. Она хранитель, она у очага, а если она уходит в сторону, очаг гаснет. Мужчина постоянно куда-то уходит — командировки, работа и так далее. Конечно, сейчас права мужчин и женщин сравнялись, что на самом деле совсем не плохо, но ведь на женщин легла ответственность, в том числе, за материальное обеспечение семьи, которой раньше не было, и большинство женщин работают. Конечно, это нарушает определенные балансы в семейной жизни. но, с другой стороны, это данность, и многие женщины с удовольствием идут на работу, делают карьеру. В этом я не вижу ничего плохого. Вижу плохое только в том случае, если работа женщины, ее карьера строится без учета заботы о семье — тогда это, несомненно, грех. Ведь женщина несет особую ответственность за детей и за сохранение семейного очага, и если она, увлекаясь карьерой, забывает о семье, о муже, то это обычно приводит к самым печальным последствиям.

Поэтому я бы в первую очередь сказал о том, что сохранение семьи — это в большей степени ответственность женщины, хотя, конечно, при отсутствии должного отношения мужа к семье тоже ничего хорошего быть не может, и семья может распасться. Но сама идея вовлечения отцов в более активную заботу о семье — через участие в церковных программах, через участие в приходской активности — несомненно, заслуживает внимания. Не скажу, что это просто осуществить, но если у нашего духовенства есть желание и возможность заниматься развитием особых отношений с мужской частью прихода, то здесь ничего плохого нет. Однако нужно находить правильные инструменты для такой работы. Нужно вовлекать мужскую часть прихода, даже если это не очень активные прихожане, в такую деятельность, которая раскрывала бы значение церковной жизни. Например, ремонт, строительство, благотворительная деятельность, организация поездок — везде, где мужчины могут и должны сыграть свою роль, и не надо все это перекладывать на плечи наших прихожанок.

Другими словами, отцовство — это очень важное служение. Из-за вовлечения во множество других дел мужья и отцы нередко уделяют недостаточно внимания семье, и Церковь, конечно, должна побуждать мужчин к реализации своей ответственности как отцов. И еще раз хочу сказать: очень важно, чтобы приходские наши общины вовлекали мужскую часть прихода в более активную церковную жизнь. Думаю, это одинаково злободневно и для отдаленных приходов, и для городских приходов, и для кафедральных соборов. Это одно из важных направлений нашей пастырской деятельности, и благодарю Вас за то, что Вы подняли этот вопрос.

— Ваше Святейшество, благословите! Диана Кудзагова, пресс-служба Владикавказской и Аланской епархии. Вопрос у меня такой. На протяжении последних десятилетий статус Православной Церкви очень изменился — из гонимой Церкви она превратилась в один из столпов государства. Скажите, с какими задачами нам, Православной Церкви, еще предстоит столкнуться в ближайшее время? Спасибо.

— С задачами в какой плоскости, в какой области?

— В принципе, наше дальнейшее развитие, как все это будет происходить?

— Развитие Церкви или государства, общества?

— Да, есть ли у нас какие-то цели, задачи?

— У нас полно целей и задач. Но я хотел бы знать, что Вас, собственно, интересует. Готов ответить, но задайте вопрос поконкретнее, пожалуйста.

— Меня интересует в принципе всё…

— Всё в принципе? Молодец! Тогда я отвечу общими словами: конечно, всё надо развивать, всё надо совершенствовать. Никогда не надо останавливаться на достигнутом и считать, что этого достаточно, будь то в церковной жизни, в приходской жизни, в личной жизни, даже в семейной жизни. Надо постоянно поднимать планку тех задач, которые мы перед собой ставим, — тогда и обеспечивается развитие. Поэтому дай Бог, чтобы все мы были способны постоянно ставить себе новые задачи, устремляться к этим задачам и совершать их во благо. На общий вопрос — общий ответ. Помогай вам Бог в трудах ваших.

Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси

Версия: греческая

Материалы по теме

Митрополит Волоколамский Иларион: Церковь может дать молодому человеку смысл и содержание жизни [Интервью]

Митрополит Волоколамский Иларион: Сила Европы должна заключаться в нравственном стержне европейского общества [Интервью]

Ответы Святейшего Патриарха Кирилла на вопросы участников VIII Международного фестиваля «Вера и слово» [Патриарх : Интервью]

Митрополит Бориспольский Антоний: Православие на грани большого раскола из-за ситуации в Украине

Интервью Святейшего Патриарха Кирилла Б.В. Корчевникову к 75-летию со дня рождения [Патриарх : Интервью]

Митрополит Волоколамский Иларион: Под видом уврачевания раскола Патриарх Варфоломей его легализовал [Интервью]

Митрополит Волоколамский Иларион: Патриарх Варфоломей учинил раскол на канонической территории Русской Церкви

Ответы Святейшего Патриарха Кирилла на вопросы участников IX фестиваля «Вера и слово» [Патриарх : Приветствия и обращения]

Митрополит Волоколамский Иларион: Церковь может дать молодому человеку смысл и содержание жизни [Интервью]

Митрополит Волоколамский Иларион: Действия президента Черногории Джукановича против канонической Церкви очень напоминают тактику бывшего президента Украины Порошенко [Интервью]

Рождественское интервью Святейшего Патриарха Кирилла телеканалу «Россия» [Патриарх : Интервью]

Панельная дискуссия «Действия Фанара на Украине: отражение в медиапространстве» прошла в рамках фестиваля «Вера и слово»

Исторический путь Украинской Православной Церкви обсудили на конференции в Киевской духовной академии

Ответы Святейшего Патриарха Кирилла на вопросы участников VIII Международного фестиваля «Вера и слово» [Патриарх : Интервью]

Митрополит Бориспольский Антоний: Православие на грани большого раскола из-за ситуации в Украине

Митрополит Волоколамский Иларион: Под видом уврачевания раскола Патриарх Варфоломей его легализовал [Интервью]

Митрополит Волоколамский Иларион: Патриарх Варфоломей учинил раскол на канонической территории Русской Церкви

Блаженнейший митрополит Онуфрий: Сохранение и защита соборного устройства Церкви всегда были важными задачами церковного сообщества

Ответы Святейшего Патриарха Кирилла на вопросы участников IX фестиваля «Вера и слово» [Патриарх : Приветствия и обращения]

ЦНЦ «Православная энциклопедия» приступает к публикации комментариев к историко-каноническим исследованиям Константинопольского Патриархата по украинской проблеме

Митрополит Бориспольский Антоний: Православие на грани большого раскола из-за ситуации в Украине

«Повелеваем, да святейшая епархия Киевская будет подлежащая святейшему Патриаршескому престолу… града Москвы…» (О некоторых канонических аспектах Патриарших и Синодальных документов Константинопольского Патриархата 1686 года) [Статья]

Митрополит Волоколамский Иларион: Патриарх Варфоломей учинил раскол на канонической территории Русской Церкви

Митрополит Варшавский и всей Польши Савва: Признаком соборности Святой Православной Церкви является ее единство

Другие статьи

Интервью Святейшего Патриарха Кирилла Б.В. Корчевникову к 75-летию со дня рождения

Ответы Святейшего Патриарха Кирилла на вопросы участников IX фестиваля «Вера и слово»

Слово Святейшего Патриарха Кирилла на открытии конференции «Мировое Православие: первенство и соборность в свете православного вероучения»

Рождественское интервью Святейшего Патриарха Кирилла телеканалу «Россия»

Рождественское интервью Святейшего Патриарха Кирилла телеканалу «Россия»

Слово Святейшего Патриарха Кирилла на заседании Высшего Церковного Совета 11 декабря 2019 года

Слово Святейшего Патриарха Кирилла на XIX церемонии вручения премий Международного фонда единства православных народов

Слово Святейшего Патриарха Кирилла за Божественной литургией в Храме Христа Спасителя по случаю прибытия Патриарха Иерусалимского Феофила

Слово Святейшего Патриарха Кирилла после Литургии в Храме Христа Спасителя

Патриаршее поздравление митрополиту Киевскому и всея Украины Онуфрию с пятилетием интронизации